ЛЕНТА
= главная стр.
(хронолигический список)


МЕТКИ
(облако тегов из ЖЖ)

 

Гостевая книга

Война 080808. Агрессия Грузии против России

С точки зрения международного права война, которую развязал Саакашвили 8 августа 2008, имела две составляющие. Первая составляющая - нападение на Южную Осетию, которое являлось нарушением действующего мирного договора. Вторая составляющая - нападение на российских миротворцев, которое являлось агрессией против России.

На 1-й взгляд, с житейской точки зрения, вторая квалификация кажется ошибочной, даже нелепой. Как это Грузия на собственной территории могла напасть на Россию? Но юридическая оценка во многих случаях изрядно отличается от житейской. Как раз такой вариант мы имеем в данном случае.

Дело в том, что существует резолюция, утвержденная Генеральной Ассамблеей ООН, в которой имеется определение агрессии против государств (ссылка). Там, в частности, записано, что агрессией считается "нападение вооруженными силами государства на сухопутные, морские или воздушные силы, или морские и воздушные флоты другого государства;" (ст.3, подпункт d). Так что совершить агрессию против России можно и за пределами России, хоть в Карибском море, хоть в Грузии. Миротворческие функции в Южной Осетии выполнял, в частности, российский батальон. Нападение на него является агрессией против России. Поэтому в войне 2008 Россия выступала в 2-х ипостасях - в качестве миротворца, защищающего Южную Осетию, и в качестве страны, которая отражает агрессию другого государства (Грузии).

Данная квалификация не мной придумана, ее не раз озвучивали наши аналитики, эксперты, официальные лица. К такому подходу можно придраться. И сторонники Грузии это делают. У них имеется одно возражение: миротворцы имеют особый статус, их неправильно считать "вооруженными силами" России. Возражение логичное. Действительно, в общем случае миротворческие силы выступают от лица какой-нибудь международной организации - ООН, НАТО, СНГ и т.п. В таком случае они теряют национальную принадлежность. К примеру, в той же Абхазии миротворцы представляли СНГ. Фактически это были тоже только российские военнослужащие (другие страны СНГ своих военных в миротворческий контингент не предоставляли). Но формально это всё равно были миротворцы СНГ, а не России. Так что подобное грузинское возражение имеет резон. Хотя даже оно является спорным.

Однако именно в случае Южной Осетии правовой расклад был другим. Там не было никакой международной организации. А миротворческий контингент, называемый официально "Смешанные силы по поддержанию мира" (ССПМ) состоял из трех отдельных батальонов (грузинского, российского и осетинского). Российский миротворческий батальон при этом оставался подразделением вооруженных сил России. А грузинский батальон оставался подразделением грузинских вооруженных сил. Во всех официальных международных документах, связанных с данным конфликтом, наш батальон именовался российским батальоном. Когда Саакашвили начал войну, грузинский миротворческий (уже в кавычках) батальон вовсе не думал подчиняться командиру ССПМ, он подчинялся грузинскому командованию и активно участвовал в боевых действиях грузинской армии. А российский батальон, естественно, подчинялся командованию вооруженных сил России. Так что и формально и фактически наши миротворцы являлись подразделением вооруженных сил России. Грузия напала на это подразделение, и тем самым вступила в войну с Россией.
(Напади Саакашвили на наших миротворцев в Абхазии, ситуация была бы менее однозначной. Но мы имеет то, что имеем.)

К сожалению, наша власть до 2013 г. публично не заявляла о том, что Грузия(Саакашвили) 8 августа 2008 г. совершила акт агрессии против России. Я думаю, что Медведев и Путин и не понимали этого. Но где же были МИД и юристы-международники? Мы обязаны были иметь такую юридическую оценку ещё ДО нападения Саакашвили. (корр. абзаца 14.05.2016)

Последнее интервью Д.А.Медведева (4 августа, Russia Today) показало, что у нас (у него) так и не возникло четкой квалификации той пятидневной войны. С самого начала тогдашний Президент Медведев и весь наш официоз путались сами и путали нас. То мы не вооруженные силы ввели в Грузию, а расширяли миротворческий контингент. То мы являемся стороной вооруженного конфликта с Грузией, то это "не наша война". Сейчас Медведев, говоря о нашей оценке тех событий, сказал только о спасении граждан (осетин), про нападение на миротворцев среди причин нашего вмешательства он забыл сказать. А в официальных ответах на вопросы Комиссии Тальявини мы писали: "В этот момент появились первые потери у миротворцев (2 чел. убитыми и 5 чел, ранеными), что дало право руководству Российской Федерации на принятие решения о вводе войск в Южную Осетию" (выделено в ответе жирным шрифтом).

Понятно, что Саакашвили поступил преступно. Понятно, что мы поступили правильно. Но это - бытовой уровень. Этого слишком мало. Международные отношения требуют формализма. Нужно иметь четкую юридическую квалификацию. Если мы желаем, чтобы нашу правоту признали в мире. Если мы желаем наказать виновных в судебном порядке (Саакашвили, в первую очередь). Если мы НЕ желаем, чтобы нашей расплывчатой позицией воспользовались другие страны для оправдания своей агрессии.

Отсутствие четкой квалификации по той войне наносит нам ощутимый репутационный ущерб. То, что Медведев говорит в обоснование российской позиции, вызывает не только вопросы, но и отторжение. Он, по сути, утверждает, что у нас есть право вооруженного вторжения в другие страны, если там обижают наших граждан (ссылка). В странах Прибалтики, к примеру, граждан России гораздо больше, чем в Южной Осетии. Понятна реакция прибалтов и всего Евросоюза на такие заявления. А какой прецедент мы создаем? В любой стране мира найдутся граждане США, получается, что мы даем Штатам карт-бланш на вторжение в любую страну, ведь "русские так делают". Им больше не потребуется гимороиться с "оружием массового поражения", чтобы вторгаться в "Ираки".

А что получается с правовой точки зрения? Мы говорим, что защищаем наших граждан и ссылаемся на ст. 51 Устава ООН, в которой указано право на самозащиту государств. Но если Саакашвили не нападал на наше государство, то при чем ст. 51? Тем более глупо ссылаться на нее, обосновывая защиту всех жителей Южной Осетии (которая была частью Грузии). Странно выглядят наши заявления о том, что Грузия совершила агрессию против Южной Осетии. Русский язык допускает такие высказывания. Но когда так высказывается наш Президент (Медведев), это никуда не годится. Президент - лицо официальное, он должен высказываться юридически корректно. Странно звучали наши заявления, о том, что в связи с агрессией Саакашвили мы увеличивали миротворческий контингент (в ответах на вопросы Комиссии Тальявини). В действовавшем договоре миротворцы были ограничены по количеству (500+300 человек) и по вооружению (только стрелковое оружие).

Я уверен, что четкая и правильная квалификация тех событий существенно усилят нашу позицию. К примеру, это позволит полностью разбить обвинения в наш адрес по поводу поддержки Абхазии в августе 2008. Там наши миротворцы не стали на пути атакующей Абхазии, хотя по миротворческому договору должны были. Не пустая претензия. Но она не стоит ничего, если учесть, что на тот момент Россия находилась в состоянии войны с Грузией.

(upd) "...на этих территориях находились миротворческие силы, имевшие международный статус и состоявшие главным образом из российских военнослужащих... Наша реакция была связана в том числе не с защитой российских граждан, хотя это тоже имеет значение, и немаленькое, но связана была с нападением на наших миротворцев и убийством наших военнослужащих. Вот в чём дело, вот в чём была суть этих событий". (Пресс-конференция Владимира Путина, 19 декабря 2013)

Интересно то, что в мире мало кто спорит с тем, что Россия имела право применить свои вооруженные силы в ответ на боевые действия Грузии. И они почему-то не сильно настаивают на уточнениях. Мне кажется, что оппонентов очень устраивает неопределенность, неконкретность нашей позиции. Так им проще защищать Саакашвили и обвинять нас. Вижу такую позицию на примере Комиссии Тальявини. О чем напишу в следующий раз (ссылка в верху поста).

Примечание:
Наши ответы на вопросы Комиссии Тальявини можно увидеть в официальном Отчете Комиссии, в третьем томе (здесь). Там все записи в материалах России, Абхазии и Южной Осетии дублируются на русском языке.

О.Петров
07.08.2013


Хостинг uCoz